Звезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активна
 


Понятно, что служительницами богинь были так же женщины. Церковный устав Ярослава фиксирует существовавшую среди них специализацию уже после Крещения Руси: «Аще жена будеть чародейница или наузница и вълъхва или зелейница...» Таким образом, мы видим, что, несмотря на произошедшую несколько тысячелетий назад патриархальную революцию, достаточно развитое женское жречество сохранилось и к христианской эпохе. Новая религия также не смогла его полностью искоренить, и о знающих зелья-травы женщинах неоднократно говорится как в письменных документах, так и в фольклоре. Так, например, в районе Волги сохранилось предание о Маришке, которая из-за родителей не вышла замуж и, в конечном итоге, поселилась на одной горе, названной впоследствии ее именем. «Собирала на горе травы, разговаривала с разными птицами. (...) Она могла заклинать звезды для плодородия овец. Люди ходили к ней туда, и она лечила всех разными травами». От тех же далеких времен до нас дошло изображение на бляшке древнерусской колдуньи с рогом. Однако этим специализация жриц не исчерпывалась. Арабский путешественник ибн-Фадлан описал виденные им лично похороны руса на Волге, во время которого была убита девушка, добровольно вызвавшаяся сопровождать покойного в загробный мир: «Ее подвели к судну, она сняла запястья, бывшие на ней, и подала их старой женщине, называемой ангелом смерти, эта же женщина убивает ее. Затем сняла она пряжки (ножные кольца), бывшие на ее ногах, и отдала их двум девушкам, прислуживавшим ей; они же дочери известной под прозванием ангела смерти». Этот жутковатый персонаж невольно напоминает нам бабу-ягу, а упоминание двух ее дочерей, так же участвовавших в ритуале, говорит о том, что данная специализация, скорее всего, переходила по наследству от матери к дочери.
Возможно, что отголоском той далекой эпохи является песня, в которой любовница атамана разбойников так толкует значение своего сна:
А и мне ли, красной девушке,
В тюрьме сидеть, во неволюшке:
А за то, про то красной девушке, —
Что пятнадцати лет на разбой пошла,
Я шестнадцати лет души губила,
Я зарезала парня белокурого,
Из белой груди сердце вынула,
На ножу сердце встропахнулося,
А и я, млада, усмехнулася.
Понятно, что грабители подчас убивали своих жертв, однако вырезание у них сердца — черта, не свойственная обычному разбойнику, а больше подходящая для человеческого жертвоприношения. С другой стороны, человеческое сердце использовалось в различных магических ритуалах, совершавшихся многие столетия спустя после крещения. Так, например, причину пожаров в Москве в 1547 г. ее жители видели в том, что в столице объявились «многие сердечники, выимали из людей сердца». Главной виновницей была объявлена Анна Глинская «с детьми и людьми», которая будто бы вынимала из людей сердца, этим «сердечным» настоем кропила дома, чем и вызывала пожары.
Нечего и говорить, что после свержения матриархата и тем более, после насаждения христианства, прежние жрицы стали восприниматься уже как ведьмы. Русские причитания так красочно описывают их могущество:
Красная девица
По бору ходила,
Болесть говорила, 
Травы собирала,
Корни вырывала,
Месяц скрала,
Солнце съела.
Чур ее колдунью,
Чур ее ведунью!
О власти колдуний над небесными светилами говорится и в последующей фольклорной традиции: «Было село (рассказывают в Черниговской губернии) в котором проживало до тысячи ведьм; то и дело крали они святые звезды и до того довели небо, что «ничим було свитить нашому гришному миру». Тогда бог послал святого Андрея (замена Перуна), который ударил своею палицею — и все ведовское село провалилось сквозь землю...» Если даже в таком «сниженном» варианте ведьмы могли распоряжаться звездами по своему усмотрению, то тем более управлять всеми небесными явлениями могла Великая богиня-мать эпохи матриархата. Согласно украинским поверьям, приводимым А.Н. Афанасьевым, ведьмы крадут с неба дождь и росу, унося их в завязанных крынках или мешках. Однажды ведьма похитила дождь, и все лето не упало ни одной капли. Раз она ушла в поле, а дома оставила наймичку, строго велев ей не дотрагиваться до горшка, что стоял под покутом. Мучимая любопытством, та достала горшок, развязала его, внутри ничего не видно, только слышит голос «вот будет дождь! Вот будет дождь». Дождь сразу полил, хозяйка прибежала, бросилась к горшку, накрыла его, и дождь сразу же перестал. Ведьма стала бранить наймичку:«если бы еще немного оставила горшок непокрытым, то затопило бы всю деревню».
Как видим, уровень могущества ведьм в народном сознании постепенно снижался, опускаясь с небесных светил до различных погодных явлений. Так, например, о крутя
щемся вихре чехи говорили «ведьмы чаруют». В крестьянском быту колдуньи могли украсть у соседей плодородие с полей или молоко у коров и присвоить их себе. С помощью различных магических действий они могли влиять как в положительном, так и в отрицательном смысле на природное и человеческое плодородие.
Точно также ведьмы могли «испортить» человека, наслать на него болезнь или смерть. Показательно сравнение в народной легенде колдунов и колдуний: «Шилиха — об ней будь сказано — была от всего света злеющая-презлеющая колдунья, только окаянная в то и жила, что добрых людей портила. Бывало, ни одна свадьба не пройдет без того, чтобы Шилиха не испортила молодых иль-бо не сделала какой пакости хозяевам... Занимались в старину этим делом, нечего греха таить, и мужчины; но те делали все-таки с пощадой; есть когда и заговорят, бывало, однако через некоторое время опять отговорят. Мужчина там какой бы ни был, а супротив женщины все-таки имеет честь и совесть. А Шилиха, чтоб ей и в аду-то места не было, все делала насмерть». Вместе с тем данная легенда отмечает, что колдун-мужчина проигрывает соревнование с Шилихой, оказывается в колдовском мастерстве все-таки слабее ее: «И мужчины-воржецы побаивались входить с нею в спор: всех, вишь, была она сильнее насчет чертовщины». Хоть колдуньи делали людям как добро, так и зло, с течением времени к ним постепенно формировалось отрицательное отношение. В заговорах люди на Руси в XIX в. просили защиты «от бабьих зазор, от хитрого чернокнижника, от заговорного кудесника, от ярого волхва, от слепого знахаря, от старухи-ведуньи, от ведьмы киевской и злой сестры ее — муромской»
Достаточно похожую картину мы видим у западных славян. О весьма развитом женском жречестве свидетельствует чешская традиция. Так, описывая дочерей Крока, одного из первого пред-водителей этого народа, Козьма Пражский сообщает: «Старшая по рождению называлась Казн; в знании трав, в искусстве прорицания она не уступала Медее Колхидской; в искусстве же врачевания — Пеонию, даже парок (богинь судьбы, перед смертью человека перерезающих нить его жизни. —М.С.) она часто заставляла прекращать свое нескончаемое занятие.
Волшебством судьбу заставляла служитьпожеланьям своим.
(...)
Достойна хвалы была Тэтка, рожденьем хоть и вторая, Женщина тонкого вкуса, свободно, без мужа жила.
(...)
Тэтка научила глупый и невежественный народ поклоняться горным, лесным и водяным нимфам, наставляла его во всех суевериях и нечестивых обычаях. (...) Третья, по рождению самая младшая, но превосходившая всех мудростью, называлась Либуше... и эта, столь славная женщина... стала прорицательницей. Так как она предсказывала народу многое и притом правильно, то все племя, собравшись после смерти ее отца на общий совет, избрало Либуше себе в судьи».
Однако сфера деятельности жриц западных славян не ограничивалась лечением, прорицанием, организацией культа или управлением племенем. В их ведении находились и обряды, которые непосредственно влияли на исход войны. Колдунья из племени лучан перед решающей битвой сообщает своему пасынку: «Знай, что чешские эвмениды своими чарами взяли верх над нашими, поэтому все наши [воины] до единого будут убиты, а победа достанется чехам». Между тем сами чехи уже не в состоянии были сопротивляться противнику и «обратились за советом к одной волшебнице и настаивали, чтобы она сказала, что нужно делать в таком опасном положении и какой исход получит предстоящая битва. Волшебница, обладавшая даром прорицания, не задерживала их долго непонятными изречениями и сказала: «Если вы хотите одержать победу, вы должны прежде всего исполнить веление богов. Принесите им в жертву осла, чтобы снискать их покровительство. Приносить такую жертву повелевают верховный бог Юпитер, Марс, его сестра Беллона, а также зять Цереры». Тем временем был найден несчастный ослик. Как было приказано, он был убит, разрублен на тысячу кусков и тотчас же съеден всем войском. Когда таким образом люди подкрепились ослиным мясом, совершилось событие, подобное чуду: появились радостные отряды и люди, готовые умереть, как лесные кабаны; и подобно тому, как после тучи солнце всегда ярче и отраднее для глаза, так и после бездействия это войско стало проворнее и отважнее в битве». Использование осла язычниками-чехами в священном ритуале вызывает некоторые сомнения: скорее всего, эту деталь придумал сам христианский летописец для того, чтобы показать языческие обряды в невыгодном свете. Поскольку, как свидетельствуют многочисленные наблюдения, целью ритуального поедания жертвенного животного было получение людьми его качества, на самом деле, как можно предположить, исходя из текста, в жертву был принесен кабан, после чего, отведавшие его мяса воины и были «готовы умереть, как лесные кабаны».
Поскольку еще к моменту принятия христианства женское жречество имело достоточно развитую специализацию, можно предположить, что некогда оно имело и определенную иерархию. О ее былом существовании говорит и восточнославянское поверье о том, что на Лысой горе живет старшая из ведьм, к которой обязаны являться все чародейки. Отечественная сказка о Елене Премудрой, колесница которой запряжена шестью змеями, учащей колдуний «разным мудростям», также предполагает существование хотя бы первоначальной иерархии в виде учительницы—ученицы. Зарождение женского жречества следует опять-таки отнести к эпохе каменного века, поскольку, как свидетельствуют археологические данные, именно женские знаки занимают центральное место в пещерном искусстве, и именно женщины исполняли экстатические музыкальные мистерии на верхнепалеолитической стоянке в Мезине. О возникновении же в их среде иерархии говорит найденная в румынском Подури 21 змеевидная статуэтка, датируемая V тыс. до н.э. Как предположила М.Г. Гимбутас, данный набор мог обозначать богиню-змею и ее служительниц, образовываших постоянный конклав жриц. Очевидно, что господствовавшее положение женской жреческой иерархии в управлении обществом было сломлено во время патриархальной революции, однако в той или иной форме остатки этой иерархии могли дожить и до эпохи христианизации.
О том, какое положение в обществе эти жрицы могли занимать во время матриархата, красноречиво свидетельствует сообщение Тацита о германцах, которые к описываемому моменту хоть и вышли из этой эпохи, но сохраняли отдельные ее пережитки: «В правление божественного Веспасиана мы видим среди них Велуду, долгое время почитавшуюся большинством как божество...» Не исключено, что подобное обожествление жриц имело место и у славян. «Духовный регламент Петра В. упоминает о свершавшемся в народе символическом обряде, в котором нельзя не признать обломка старинного языческого культа, хотя и подновленного христианскою обстановкою. «Слышится (сказано в этом законодательном памятнике), что в Малой России в полку стародубском в день уреченный праздничный водят жонку простовласую, под именем Пятницы, а водят в ходе церковном, и при церкви честь оной отдает народ с дары и со упованием некия пользы». В более позднюю эпоху случаи обожествления живых «христов» и «богородиц» были отмечены в некоторых народных сектах. Об устойчивости этой сектантской традиции говорит то, что в Чебоксарах еще в 1930 г. схватили ходивших по деревням «христа» и «богородицу». В конце XIX в. Максимов констатировал: «У казаков на Дону (или лучше у казачек) едва ли и теперь не живет живая Пятница недалеко от Старочеркасска, девка лет 70-ти, под названием Ельчихи. Старочеркасские староверы от мала до велика в известное время, по утренним и вечерним зарям, ходят к ней на всеобщее богомолье. Святоша эта, имеющая обыкновение, при выходе во двор, не притрагиваться руками к воротам и заборам, почитаемым ею погаными, сообщает изуверам какие-то тайны, причащает их и т.п.». Поскольку подобное обожествление имело место спустя почти тысячелетие после христианизации, полностью противореча самим основам этой религии и активно искореняясь властью и духовенством, то вполне возможно, что в эпоху матриархата те или иные жрицы пользовались подобным, если не еще большим почитанием среди соплеменников и могли полновластно распряжаться их жизнью и судьбой.
Если патриархальная революция вырвала власть из рук женщин, но сохранила женское жречество как таковое, то с принятием новой религии положение стало меняться. Христианство активно уничтожало как прежние верования, так и их носителей. Патриаршья грамота 1586 г. на основание Львовского братства гласила: «а если бы в котором месте или селе будет чаровица или ворожка — сосуды диавольския, или волшебница... да истребится от церкве, и тех, которые диаволом прельствишися до чаровниц и до ворожок ходят, отлучайтеся». Дело, однако, не ограничивалось одними отлучениями. В 1411 г. псковичи сожгли двенадцать вещих жёнок. Князь И. А. Можайский сжег за волшебство мать Григория Мамона. Повесть о волховании, написанная для Ивана Грозного, доказы
вала необходимость строгих наказаний для чародеев и приводит в качестве примера для подражания царя, который вместе с епископом «написати книги повелЪ и утверди, и проклятъ чародЪяние, и въ весЪхъ заповЪда такихъ огнемъ пожечи». Хоть сожжение колдуний на Руси и не достигло такого размаха, как в Западной Европе, однако подобные казни, вдохновляемые ревнителями православия, имели место и в нашей стране. Хоть тысячелетнее гонение и не смогло полностью искоренить всех без исключения колдуний, тем не менее оно явно нанесло существенный удар как по их численности, так и по объему знаний, постепенно делая все менее значимой их роль в жизни общества.
М. Серяков. Богини славянского мира.
http://vk.com/serebryanyi_serp

 

 

                                        ocM5GSaDRYs

Мы Вконтакте

Друзья сайта

Антивирус 360 Total Security Premium

Фаза Луны